Может ли красота спасти мир?

«Пути Господни неисповедимы» — как часто в своей жизни мы слышим сие высказывание, но не придаем ему должного значения. Мы опошляем эту фразу, сваливая все беды, происходящие с нами, на злую судьбу и волю Господа. А ведь человек сам, своими же руками, разрушает все, наивно предполагая, что еще успеет создать новое… Но разрушать всегда проще, чем строить, не так ли? Увы, многие этого не осознают и смело рушат старое, привычное, но все же родное и до боли знакомое, отдавая предпочтение новому, возможно, более яркому, захватывающему, опускаясь таким образом до самых низких и порой необъяснимых поступков.

Проблема падения человечества, низвержения его до мелочности, меркантильности и развратности существовала, пожалуй, всегда. М. Ю.Лермонтов, поэт девятнадцатого века, в своем стихотворении «Дума» указывает на ординарность и мягкотелость своего поколения, полное равнодушие и опустошение в сердцах: «Печально я гляжу на наше поколенье: его грядущее – иль пусто, иль темно….»; «И ненавидим мы, и любим мы случайно, ничем не жертвуя ни злобе, ни любви, и царствует в душе какой-то холод тайный, когда огонь кипит в крови». Музыкант и композитор двадцатого века, Кинчев, поднимает ту же проблему-проблему безразличия и бессмысленности жизни своего поколения: «Мое поколение молчит по углам, мое поколение не смеет петь, мое поколение смотрит вниз, мое поколение боится дня…»

Как видим, все пересуды и дискуссии на тему, какие раньше все были хорошие и чистые, и какие безнравственные сейчас, несколько неуместны. Люди всегда были всего лишь людьми, с массой пороков и предрассудков. Да и можно ли винить в этом человечество, на которое с каждым днем обрушивается все больше и больше искушений, напастей? Как можно винить подрастающее поколение в аморальности, если в СМИ идет ежедневная пропаганда удовлетворения только физических, т. е. низших, потребностей человека, в то время как есть еще и духовные, высшие? Все хорошее, что есть у человечества, истины, сказанные великими философами, заповеди, проповедованные Христом, постепенно меркнет, уступая место совершенно извращенным понятиям о ценностях и полному растлению. Что же делать? Как вырвать человечество из лап зла, что повсюду подстерегает, манит, а затем сжигает дотла? В чем есть спасение души?

Ответ на сей вечный вопрос, думаю, хотел бы получить каждый смертный, ибо все мы, независимо от возраста, пола, расы, мечтаем лишь об одном — простом человеческом счастье.

«Красота спасет мир» — фраза, принадлежащая перу великого сына России, Федора Михайловича Достоевского, может звучать как ответ на наш вопрос. Но для начало нужно понять: а что же такое красота и о какой красоте писал в своем романе гений? Потому как отчего же спасать мир и все человечество, мы уже имели честь увидеть и понять.

В чем же заключается сила красоты и почему на протяжении стольких тысячелетий о ней говорят и пишут, о ней слагают музыку, ее воспевают поэты, скульпторы, художники? Философы прошлого определяли красоту по-разному. Платон говорил: «Красота-это звуковое и визуальное удовольствие». Согласно толковому словарю, красота-это все то, что доставляет эстетическое и нравственное наслаждение; полный внутреннего содержания, высоконравственный. На протяжении всего существования человечества менялось представление о красоте. В зависимости от веяний времени один эталон сменялся другим. Но неизменно, во все времена, люди восхищались этими эталонами, склоняя пред ними свои головы и отдавая сердца. Испокон веков за красоту сражались, бились насмерть благородные рыцари, дабы получить предмет своего благоговения – прекрасную даму ( примером тому может послужить Троянская война). Да, несомненно, красота человеческая призвана радовать и услаждать взоры… Но такая ли красота, внешняя, спасет мир? Красоту ли телесную в своем высказывании упоминал Достоевский? Возможно, вопрос сложен, но стоит только углубиться в романы гения, и все сразу же встанет на свои места…

Фразу «красота спасет мир», ставшую впоследствии афоризмом, на протяжении всего романа «Идиот» повторяют разные герои. Из уст Ипполита, обращенная к князю, она звучит иронично, издевательски, призванная насмехнуться над влюбленностью Мышкина. Эти же слова произносит и Аглая, но звучит сия фраза совершенно по-другому. Для Аглаи тема «спасения мира красотой» является запретной: « Слушайте, раз навсегда, если вы заговорите о чем-нибудь вроде смертной казни, или об экономическом состоянии России, или о том, что «мир спасет красота», то… я, конечно, порадуюсь и посмеюсь очень, но… предупреждаю вас заранее: не кажитесь потом мне на глаза!» Для госпожи Епанчиной эта фраза – глупа и немыслима, и она не хочет слышать ее в очередной раз. Для Льва Николаевича же красота – загадка. Недаром князь сразу же дает характеристику двум старшим сестрам рода и Епанчиных и самой Елизавете Прокофьевне, но умалчивает о личности Аглаи, ибо «красоту трудно судить». В этом же отрывке князь Мышкин произносит и весьма странные, совершенно непонятные слова в адрес Аглаи: «Вы чрезвычайная красавица, Аглая Ивановна. Вы так хороши, что на Вас боишься смотреть». Что же получается? Как же на красивое лицо может быть страшно смотреть? Неужели красота и впрямь – страшная сила? В уста еще одного своего героя, Мити Карамазова, Достоевский вложил целый монолог, отвечающий на этот вопрос: « Красота – это страшная и ужасная вещь! Страшная, потому что неопределимая, и определить нельзя».

Как видим, сердце гения также не избежало участи стать полем битвы, не минуло того смятения, которое испытывает каждый человек, видя перед собой идеальные черты лица или пропорции тела. Если для князя Мышкина красота есть спасение, то для героя романа «Братья Карамазовы», Мити Карамазова, красота есть искушение, посланное дьяволом, дабы затмить глаза людские и лишить разума. Получается, Федор Михайлович и сам стоял на распутье двух дорог, терзаясь вопросом «что же есть красота?». Губительную силу красоты воплощает в себе Настасья Филипповна. «С этакою красотою мир можно перевернуть», — говорит Аделаида, когда смотрит на портрет Настасьи Филипповны. И мир действительно переворачивается! Князь Мышкин сходит с ума, Рогожин гибнет – нравственно и физически, а прекрасное тело Настасьи Филипповны становится пристанищем для мухи. Увидев, что стало с красотой госпожи Барашковой, невольно вспоминаешь строки: «И вас, красавица, и вас коснется тленье, и вы сгниете до костей, одетая в цветы под скорбные моленья, добыча гробовых гостей».

Что же получается? Красота мир не спасет, а погубит, еще больше низвергнет и, в конце концов, просто сотрет с лица земли, как абсолютно ненужный балласт греховных мыслей и деяний? Возможно. Жутко, не так ли? Жутко осознавать, что все мы, люди, грешны и падки пред внешнею красотою, мы преклоняемся пред мировыми эталонами, возвышаем и обожествляем внешнюю оболочку человека, между тем забывая, что есть еще и красота душевная, внутренняя, не лежащая на поверхности, не столь заметная, как внешняя, но скрытая от глаз людских, красота, которую еще нужно разглядеть, и, не побоюсь сказать, до которой еще нужно дорасти! Сколько примеров литературных героев, не обладавших красотой внешней, но имевших горящие очи, чистые помыслы и страстные порывы сердца к счастию общечеловеческому и любви? Это и Наташа Ростова, некрасивая, но живая, ворвавшаяся в судьбы героев столь стремительно и внезапно, очаровавшая всех именно своей живостью и неповторимостью. А Пьер Безухов? Неуклюжий, медвежеподобный, но такой наивный и добрый малый! И разве можно сравнить сих героев романа – эпопеи Л. Н. Толстого с Элен, появившейся на страницах того же вечного произведения, обескураживающей всех своей идеальной внешностью, но в то же время пустотой внутренней? Разве может красивая фарфоровая кукла стоять в одном ряду с живыми и освещенными мечтой и верой лицами непривлекательных людей? Внешняя красота – пустой сосуд, как и писал поэт двадцатого века Николай Заболоцкий, задававшийся вечным вопросом: «почему же люди так преклоняются пред красотою?» в своем стихотворении «Некрасивая девочка»:

« А если так, то что есть красота?

И почему ее обожествляют люди?

Сосуд она ль, в котором пустота?

Или огонь, мерцающий в сосуде?»

Но можно ли, даже после сих опровержений, полностью отрицать роль красоты в спасении мира? Тысячу раз нет! «Мир станет красота Христова», — фраза из еще одного романа классика, ясно показывающая нам, что гений четко разделял две грани красоты – внешнюю, оставляющую лишь худые помыслы, опьяняющую разум, и внутреннюю, данную Господом, истинную и высшую. Именно такая красота, духовная, душевная, спасет мир! Человеческое сердце, полное добра, любви, умения увидеть и оценить прекрасное, стремящееся в самую высь, к Богу, умеющее обогреть другого – вот что есть истинная красота, призванная уберечь людей от полного растления и низвержения. Все мы грешны, приходим в этот мир, чтобы получать удовольствие, услаждать свои взоры красотой физической, уступая место грязным помыслам, вместо того, чтобы впустить в свой разум чистые помыслы и ущемит свою плоть. Все мы ищем упоения в земных удовольствиях, преклоняемся пред земными идеалами, лишь потому, что обратить свое внимание на нечто большее, на духовную развитость человека, у нас нет сил, ибо сердца человеческие ленивы.

А между тем, красота, делающая человека по-настоящему прекрасным и одухотворенным, вокруг нас! Нужно только пошире открыть затуманенные телевизионными сплетнями глаза и обратить свой взор на истинную красоту! Разве не прекрасны бессмертные сонаты Бетховена, концерты Вивальди? Не прекрасны ли произведения великих классиков: Толстого, Достоевского, Пушкина? Литература, музыка, театр, балет, живопись, архитектура – вот вечные носители и воплощения красоты! И в умении человеческого сердца откликаться на искусство, умении понять и принять его и состоит умение увидеть красоту истинную. Ведь что, как не тонкие, божественные звуки скрипки или высокие, чистые голоса певцов, заставляет нас забыться, уйти от суетного мира и погрузиться в мир иной, в мир, где правит доброта и любовь.

Увы, наше поколение, воспитанное на незамысловатых попсовых песенках, вечной пропаганде низменных чувств и удовольствий порой находит упоение в удовлетворении своих низших потребностей, даже не догадываясь, что в мире столько прекрасного, чем можно восхищаться и от чего можно получать огромное эстетическое удовольствие! Думаю, научить ребенка видеть и ценить красоту, основанную на духовности, должны, прежде всего, родители, но и государство в этом играет немаловажную роль! Мой учитель часто задается вопросом, думаю, очень дельным и волнующим многих образованных людей, почему же все познавательные и расширяющие кругозор программы показывают так поздно, когда большинство людей уже отдыхает, зато днем транслируют сплошные сериалы? То-то и оно, что нашему поколению просто не дают должной возможности развиваться духовно, становиться людьми с большой буквы, красивыми своим внутренним миром. Ведь только та красота спасет мир, что излучает свет, красота, способная возвысить человека, дать ему возможность взлететь, а не упасть, красота, данная Богом, способная сделать человека воистину великим и интересным.

Те же, кто думает, что мир спасет какой-то очередной эталон с ногами от ушей, думаю, глубоко заблуждаются, и их представления не имеют ничего общего с глубокой подоплекой романов великого мастера — Федора Михайловича Достоевского.

Свидетельство о публикации №209020300706

This entry was posted in Как красота может спасти мир. Bookmark the <a href="http://uspeh-zdorovie-krasota.ru/mozhet-li-krasota-spasti-mir/" title="Permalink to Может ли красота спасти мир?" rel="bookmark">permalink</a>.

Comments are closed.